Институт Инновационного Проектирования | Протяни свою невидимую руку
 
Гл
Пс
Кс
 
Изобретателями не рождаются, ими становятся
МЕНЮ
 
   
ВХОД
 
Пароль
ОПРОС
 
 
    Слышали ли Вы о ТРИЗ?

    Хотел бы изучить.:
    Нет, не слышал.:
    ТРИЗ умер...:
    Я изучаю ТРИЗ.:
    Я изучил, изучаю и применяю ТРИЗ для решения задач.:

 
ПОИСК
 
 



 


Все системы оплаты на сайте








ИННОВАЦИОННОЕ ОБРАЗОВАНИЕ
сертификация инноваторов
инновационные технологии
БИБЛИОТЕКА ИЗОБРЕТАТЕЛЯ
Это интересно
ПРОДУКЦИЯ
 

 


Инновационное
обучение

Об авторе

Отзывы
участников

Программа
обучения

Вопрос
Ю.Саламатову

Поступить на обучение

Общественное
объединение



Молодому инноватору

FAQ
 

Сертификация
специалистов

Примеры заданий

Заявка на
сертификацию

Аттестационная
комиссия

Список
аттестованных
инноваторов

Инновационное
проектирование

О компании

Клиенты

Образцы проектов

Заявка
на проект

Семинары

Экспертиза проектов

   

Книги и статьи Ю.Саламатова

Теория Решения Изобретательских Задач

Развитие Творческого Воображения

ТРИЗ в нетехнических областях

Инновации 
в жизни науке и технике

Книги по теории творчества

Архивариус РТВ-ТРИЗ-ФСА

Научная Фантастика
 
 
Статьи о патентовани
   

Наука и Техника

Политика

Экономика

Изобретательские блоги 

Юмор 
 
Полигон задач

ТРИЗ в виртуальном мире
медиатехнологий
       

Книги для
инноваторов

CD/DVD видеокурсы для инноваторов

Програмное обеспечение
инноваторов

Покупка
товаров

Отзывы о
товарах
           

Протяни свою невидимую руку

 

КОНКУРС РАССКАЗОВ О 2017 Г

 Данила Медведев

 

Молоденькая Юми сразу понравилась оценщику. Озорная девчушка лет пятнадцати в школьной форме в саду камней, пытающаяся напустить на себя серьёзный вид. И среди смеющихся подруг-школьниц. Она же на церемонии выпуска престижного токийского университета Keio. Одетая в нескромно анимированный купальник на фоне пальм…

Оценщик выцепил эти фотографии с множества фотосайтов, лайфблогов и социальных сетей, сделав сложный поиск по имени, распознаванию лиц и функции "найти похожих". Впрочем, внешность Юми оценщика не интересовала. У нее был достаточно популярная анкета. Больше внимания он уделил данным о её научным публикациях и резюме. Но самым важным был психологический профиль. Ответы на множество тестов и открытая часть опросника фиксации личности указали на отличную совместимость Юми с Хозяином.

Когда я просмотрел галерею девушек — результат работы ИИ-агента, именно на ней остановился и мой взгляд. Я разрешил серверу медиации контактов открыть информацию обо мне. Она предназначались не для Юми, а для ИИ-аналитика, который окончательно проверил, подходим ли мы друг другу. Ответ последовал незамедлительно. Юми Кизаки и я были предназначены друг для друга. Во всем мире не было девушки для меня лучше, если, конечно, исключить страны третьего мира, где информация о части населения ещё не была оцифрована и размещена в Сети.

Я хорошо понимаю сложность технологий, выполняющих теперь роль Амура. Ведь основная моя работа — медиация контактов в многопользовательском виртуальном мире. Людям не интересно общаться только с искусственными персонажами, пусть даже сверхразвитыми уже, но все ещё ограниченными. Мало кто согласен теперь вести пустой разговор перед атакой на логово монстров. Игроки хотят решать в виртуальных мирах философские проблемы, плести глобальные интриги, творить судьбы. Именно для этого медиатор контактов сводит с помощью управления случайностями людей и компьютерные персонажи. Моя работа сродни работе древнего бога. Впрочем, мою-то судьбу решили за меня.

Когда ее виртуальный двойник возник в моем мире, я понял, что Юмико, действительно, необыкновенна. В первый же день мы отправились в романтический круиз в мир древнегреческих мифов. Азиатские черты лица Юми забавно контрастировали с греческой туникой и причёской, но я быстро к этому привык. Мы купались в Эгейском море, летали на пегасах и гуляли в священным рощах. Мы состыковывали наши меметические карты и интегрировали личности.

Через два дня я предложил Юми поселиться друг у друга. Пришлось повозиться, чтобы интегрировать наши квартиры : мою высокотехнологичную московскую квартиру и её более традиционное линейное японское жилище под Плесецком. Несмотря на разную топологию, мы связали наши квартиры в единое пространство, так что теперь всегда могли увидеть друг друга и контактировать без потери непрерывности.

В Плесецке Юми работала на проекте космического лифта. Переезд ее из Японии был связан не столько с производственной необходимостью – работать можно было и через ВР, сколько с традициями космической отрасли. Юми занималась отказоустойчивостью лифта. Она строила сложные многомерные компьютерные модели всех систем лифта, получала данные о внешних рисках – об астероидах и кометах из центра планетарной защиты, о метеоусловиях из комиссии ООН по контролю за климатом. Задачей ее было устранить все возможности катастроф до того как они реализуются.

Через неделю сервер медиации подсказал нам, что пора заняться любовью. Такое вмешательство компьютера в глубоко интимные моменты стало нормой, и насколько удобнее каждому партнеру скрыто указать процент готовности, чем пытаться прочитать это по невербальным признакам!

Первый раз нам безумно понравился. Все-таки иногда приятно дополнить привычный виртуальный секс и интерактивную порнографию виртуальным сексом с реальным персонажем. Приятно знать, что с тобой — любимый человек. Я сохранил на будущее подробную запись этой ночи, включая трехмерную модель Юмки – 15-летнюю школьницу с ослепительно зелеными волосами невероятной длины и объема, небольшой подростковой грудью и бездонными карими глазами. Подозреваю, что Юми сделала то же самое.

За два месяца нашего общения мы стали невероятно близки. Мы развивали наши меметические карты, обмениваясь постоянно самыми интересными ссылками и идеями. И по работе мы нашли общие интересы. Юми показала мне несколько карт-концепций из области моделирования отказов сложных систем. Мне было очень интересно применить эти знания в своей работе. Ведь, живя в виртуальной реальности, где катастрофы уловно-реальны, люди могут получать интенсивные эмоции и от трагедий. Я попробовал несколько подлянок в виртуальном мире, которым сейчас управлял, и это сработало. Правильно подбирая интервал между гадостью и последующей радостью, можно было доставить игроку намного больше удовольствия, чем он получил бы в утопии.

Тот день я запомнил бы навсегда, даже если б мой сенсорный костюм, тысячи сенсоров в доме и на улице, а также программы-мониторы в Сети не записывалибы и так каждый мой вздох.

Все начиналось лрекрасно. Юмка позвонила утром и сообщила, что сегодня летит на спутник. На высоте 60 тысяч километров уже висел промышленный объект, которому предстояло стать сердцем космического лифта. Машины были практически готовы к выпуску умной композитной ленты, которая бы протянулась до самой поверхности Земли. Это был важный этап её работы, поэтому, чтобы сделать его более запоминающимся, она решила симулировать свой полет в космос и предложила мне отправиться с ней

Мы лежали в противоперегрузочных креслах, в облегающих скафандрах с открытыми шлемами. На орбите мы сначала немного побесились в виртуальной модели космической станции. Секс в симулированной невесомости – это прекрасно. Законы физики слегка подправлены, чтобы не мешать, а ощущение падения в бездну и объятия друг друга в момент оргазма естественым образом не воспроизводимы.

Потом мы немного полюбовались на Землю. Скоро Юмка включилась в работу – она, а я залюбовался ею . Когда мне надоело, я прямо со станции подключился к своему рабочему терминалу и немного попакостил своим подопечным. Через пару часов мы освободились и спрыгнули со станции на Землю в летных костюмах, напоминавших видом смесь боевого ангела и сверхзвукового истребителя.

Переключившись в реальность, я отправился на кухню. Напировавшись, я отправился принять ванну. Юмке надо было обрабатывать данные эксперимента, так что она не готова была меня развлекать и вместо этого авторизовала свою автономную аватарку. Стены ванной комнаты отобразили бескрайнее море вокруг небольшого песчаного островка. Волна за волной вода омывала меня под шум прибоя и приятную ненавязчивую музыку. Неподалёку в пене прибоя резвилась в образе русалки Юми, кидая на меня призывные взгляды…

Моё блаженство прервал звонок коммуникатора. На стене ванной высветилось сообщение: "Андрей Быков из службы спасения. Срочно". Я произнёс команду "Принять", появившееся лицо пришло в движение:

— Я очень сожалею, но произошёл несчастный случай. Юмико Кизаки находится на пути в больницу.

— Что с ней?

— Несчастный случай, она в больнице с тяжелыми травмами.

— Я скоро приеду. В какой она больнице? — спросил я и начал выбираться из воды. "Адрес получен", отреагировал компьютер на присланные спасателем инструкции. Я снова оказался в белоснежной ванной своей квартиры и побежал в складскую комнату. "Одежду для поездки в Плесецк", — быстро выпалил я и вместо своего обнаженного тела увидел в зеркале себя одетого в новый дорожный костюм. "Транспортная программа. Поездка из дома в Плесецк, в 3-ю городскую больницу. Очень срочно", — потребовал я впервые за несколько месяцев покинул своё жилище.

У подъезда меня уже ждал с открытой дверью автоматический транспорт. Машина знала куда ехать, у меня же сил заниматься чем-то полезным у меня не было, поэтому я решил просмотреть новости. Мне хотелось хоть как-то отвлечься от мыслей о Юми.

Перед глазами замелькали краткие сообщения, соединённые в кластеры и связанные множеством нитей. Результаты нового исследования психологов, изучающих радость. Экономический анализ строительства космического лифта. Рост доли иммигрантов с кибернетическими имплантами. Массовые увольнения библиотекарей. Проект закона о минимальном гарантированном доходе. Метеоритная атака на космический лифт. Новая жертва космоса. Инженер космического лифта погибла при метеоритной атаке. 25-летняя Юмико Кизаки убита при падении метеорита.

Я в замешательстве уставился на заголовки, которые, почувствовав мой интерес стали раскрываться в истории, трехмерные модели и таблицы. Я узнал, что метеориты убили четырех человек за всю историю цивилизации – моя Юми стала пятой. Я узнал, что упавший метеорит, скорее всего, прилетел из созвездия Весов. Ещё я узнал, что метеорит упал на одноэтажный дом в Плесецке, где жила Юми и попал прямо в неё.

Я открыл перед глазами список входящих вызовов. Несколько человек уже выражали мне свои соболезнования, но мне было нужно другое. Вот он, входящий вызов от службы спасения. Я связался с Быковым и забросал его вопросами. "Что с Юмико? Она жива? Это был метеорит?"

— Она в очень тяжелом состоянии, сейчас находится в интенсивной терапии. Травмы очень тяжелые. Торопитесь.

Взяв в аптечке упаковку антидепрессантов, я немного привёл в порядок своё сознание. Юмико умирает, мне надо понять, что делать в такой ситуации. Я знал, что смерть не является ни необходимой, ни неизбежной, но не знал, что делать, когда она случается.

Проверка службой безопасности аэропорта не потребовала времени –гигагерцовый трехмерный сканер проверил все, что находится на мне и во мне, включая импланты и электронику моей одежды. Оказавшись в кресле самолета, я чувствовал свою полную беспомощность, поэтому я попросил у стюардессы снотворное на 4 часа и провалился в забытье. Проснулся я от касания колесами посадочной полосы. Я скоро увижу Юмико, впервые увижу её своими глазами, но это может быть и — в последний раз.

Впрочем, увидеть Юми мне не пришлось. Машина службы спасения ждала меня в аэропорту и сразу же отвезла в больницу. Врач заверил меня, что делается все возможное, но возможностей медицины могло не хватить. Метеорит попал прямо в Юмико, разворотив грудную клетку, зацепив мозг и нанеся травмы, не совместимые с жизнью, практически каждому органу. Ситуация была безнадежной. В операционной было пусто, только роботы с множеством манипуляторов трудились над операционным столом, закрытым стерильной материей, из под которой была видна лишь рука Юми.

Я сел в коридоре и погрузился в пустоту. Думать не хотелось ни о чем и я отключил все потоки информации в дополненной реальности. Врачи не дали мне даже иллюзорных возможностей действовать, заверив, что делают все возможное и что нет ничего, что я мог бы сделать. Оставалось просто ждать. Все мои мысли были там, в пустынной операционной.

Примерно через три часа ко мне вышел хирург с результатами компьютерного моделирования на планшете. Показав мне удручающего вида графики и таблицы, он с сочувствием сообщил: "Мы сделали все возможное. Ее состояние пока стабилизировано, но улучшить его мы не можем. Мультимодальное сканирование мозга показывает очень слабую активность, большая часть органов почти не функционирует". Ошарашенный, я просил: "Что же делать"? "Единственный вариант – приостановка жизнедеятельности с помощью крионики", — ответил врачи и открыл передо мною схему процесса. Меня не надо убеждать – ничего необычного в этой процедуре я не видел, для меня это оказалось лишь неожиданным. На схеме над телом оживляемого пациента, протянули свои щупальца-манипуляторы медицинские роботы. Картинка напомнила мне стерильную операционную, но затем она словно взорвалась и в увеличенном масштабе я увидел клетки тела и окруживших их микроскопических роботов, чем-то интенсивно занятых. От меня ничего не требовалось. Как сразал врач, "корпоративная страховка госпожи Кизаки покрывает крионирование. Если в ближайшие сутки не наступит улучшение, мы начнем процедуры."

Чувствуя свое полное бессилие, я остановился в номере гостиницы при больнице и стал искать себе занятие. Беседы с знакомыми и родственниками удовольствия мне не доставляли, и я поручил ИИ-агенту отвечать на соболезнования. Я погрузился в виртуальную реальность и попробовал отвлечься работой, приняв две таблетки алертека. Однако дело не заладилось. В таком состоянии я не мог никого развлекать, а маленькие неприятности легко могли перерасти в виртуальный геноцид. Поразмыслив о целесообразности уничтожения всего мира — раз Юмико мертва — я здраво решил не торопиться с этим.

В поле моего виртуального зрения попало сообщение из больницы. "В связи с тяжелым состяием госпожи Кизаки мы готовы передать вам её коды доступа. Подтвердите получение, пожалуйста". Я активировал цифровую подпись и сохранил пароли к компьютерным базам данных, коммуникационным профилям и личным архивам Юми. Многочисленные отказы почтовых провайдеров нарушать свои правила и отдавать пароли родственникам после смерти их детей привели к тому, что всюду были приняты законы об обязательном сохранении и передаче цифровой информации, по которым родные или указанный пользователем человек получал доступ к файлам.

Я отключил рабочее место и вошел в навигатор по лайфблогу Юми. ИИ-помощник по навигации услужливо подсказал мне, что записи покрывают примерно 30 процентов жизни Юми за последние 5 лет, а с информацией из внешних источников (которую потребуется собирать около месяца) охват может быть до 60 процентов. Это был отличный результат и позволяло надеяться на восстановление почти неповрежденной личности Юми. "Хотите ли вы начать сбор внешней информации и восстановление личности?" — обратился ко мне помощник. "Да, я даю авторизацию и добро на оплату издержек."

Автоматически подгрузив программу для создания виртуальных личностей и указав на лайфблог как источник данных, я начал лексический анализ речи Юмико, анализ её поведения и моделирование физического тела. Параллельно я собирал вместе все аватары и образы, которые она когда-либо использовала, прежде всего, в общении со мной. Я взял базовый виртуальный персонаж японской девушки и начал настройку, используя собранные данные. Через два часа я сохранил финальный результат и открыл редактор состояния личности. Из осторожности я не стал описывать злосчастный метеорит, а остановил историю после нашего позднего завтрака.

Войдя в ВР и запустив туда созданный персонаж, я испытал двойственное чувство. С одной стороны, я давно свыкся с виртуальным миром, симулированными персонажами, с другой – я хорошо понимал, где на нынешнем этапе развития ИИ и моделирования мозга проходит граница между разумом и его имитацией. Но, увидев Юми, я чуть не забыл весь свой опыт, столь сильным было ощущение реальности происходящего. Ещё сильнее оно стало, когда я услышал столь знакомый и любимый голос Юмико: "Привет! Собираешься пойти искупаться"?

— Да. Не хочешь составить мне компанию?

— Извини, — огорчённо ответила Юмка, — мне надо обработать данные экспериментов.

"Вряд ли у неё это получится — подумал я — профессиональные знания и высшие когнитивные функции мы пока не можем извлекать из сенсорной информации, да и моделировать особо не умеем". Я остановил симуляцию и вернулся в редактор. На реальных глазах у меня были слёзы. Я установил ряд ограничений: на профессиональную деятельность, размышления о сложных системах и катастрофах, добавил неопределённую информацию о несчастном случае и том, что у неё есть временные небольшие психологические проблемы с памятью и мышлением:

Юми и я болтали о какой-то чепухе, сидя на веранде нашей римской виллы. Ее сознание, мировоззрение и знания о мире были настолько полны, что мне сложно было заметить разницу. Физически она была такой же, как я её помнил. Тело, лицо, манера поведения и движения – все это было таким же: как всегда. Даже на ощупь я никак не мог заметить разницы. "Чего ты так внимательно меня изучаешь" — прервала мои размышления Юми, — что-то не так?" Все было так. Эта Юми и эта реальность были совершенно правильными для меня. Я знал, что часть Юми находится в криосне и будет восстановлена лишь через несколько десятков лет, а часть её, пусть небольшая, погибла в момент удара метеорита. Но мы все равно идеально подходили друг другу, даже если я не мог воспользоваться её знанием сложных систем. "В том-то и дело, что всё так", — загадочно произнёс я, но надолго мне смутить её не удалось. "Пойдём купаться!" закричала она и потянула меня за собой.


Записаться на тренинг ТРИЗ по развитию творческого, сильного мышления от Мастера ТРИЗ Ю.Саламатова >>>

Новости RSSНовости в формате RSS

Статьи RSSСтатьи в формате RSS

Рейтинг – 1097 голосов


Главная » Это интересно » Научная фантастика » Протяни свою невидимую руку
© Институт Инновационного Проектирования, 1989-2015, 660018, г. Красноярск,
ул. Д.Бедного, 11-10, e-mail
ysal@triz-guide.com