Институт Инновационного Проектирования | О.Н. Лукашенок, Н.Е. Щуркова "Конфликтологический этюд для учителя"
 
Гл
Пс
Кс
 
Изобретателями не рождаются, ими становятся
МЕНЮ
 
   
ВХОД
 
Пароль
ОПРОС
 
 
    Слышали ли Вы о ТРИЗ?

    Хотел бы изучить.:
    Нет, не слышал.:
    ТРИЗ умер...:
    Я изучаю ТРИЗ.:
    Я изучил, изучаю и применяю ТРИЗ для решения задач.:

 
ПОИСК
 
 



 


Все системы оплаты на сайте








ИННОВАЦИОННОЕ ОБРАЗОВАНИЕ
сертификация инноваторов
инновационные технологии
БИБЛИОТЕКА ИЗОБРЕТАТЕЛЯ
Это интересно
ПРОДУКЦИЯ
 

 


Инновационное
обучение

Об авторе

Отзывы
участников

Программа
обучения

Вопрос
Ю.Саламатову

Поступить на обучение

Общественное
объединение



Молодому инноватору

FAQ
 

Сертификация
специалистов

Примеры заданий

Заявка на
сертификацию

Аттестационная
комиссия

Список
аттестованных
инноваторов

Инновационное
проектирование

О компании

Клиенты

Образцы проектов

Заявка
на проект

Семинары

Экспертиза проектов

   

Книги и статьи Ю.Саламатова

Теория Решения Изобретательских Задач

Развитие Творческого Воображения

ТРИЗ в нетехнических областях

Инновации 
в жизни науке и технике

Книги по теории творчества

Архивариус РТВ-ТРИЗ-ФСА

Научная Фантастика
 
 
Статьи о патентовани
   

Наука и Техника

Политика

Экономика

Изобретательские блоги 

Юмор 
 
Полигон задач

ТРИЗ в виртуальном мире
медиатехнологий
       

Книги для
инноваторов

CD/DVD видеокурсы для инноваторов

Програмное обеспечение
инноваторов

Покупка
товаров

Отзывы о
товарах
           

О.Н. Лукашенок, Н.Е. Щуркова "Конфликтологический этюд для учителя"

 

Оглавление
Человек в конфликте
Кто живет без конфликта
Маленький экскурс в прошлое
Пестрое платье конфликта
Человек в конфликте
В основе всякого конфликта лежит противоречие, то есть, такое положение, при котором нечто одно исключает другое. Мир устроен противоречиво. Об этом устройстве говорят, что оно амбивалентно, двойственно. Конфликт разворачивается в контексте противоречивого мира, являясь, с одной стороны, формой существования противоречия, с другой стороны - одним из элементов бесконечного ряда противоречий действительности, а с третьей - источник всякого развития, движения. “Добро” и “зло”, “день” и “ночь”, “молодость” и “старость”, “жизнь” и “смерть”, “хочу” и “надо”, “сила” и “слабость”, “мечта” и “реальность”, “бедность” и “богатство”, “щедрость” и “скупость”, “любовь” и “ненависть”... - когда в этом содержательном ряду присутствует конфликт? Только тогда, когда противоречие рождается и разворачивается в сфере межличностных отношений, между двумя личностями, между двумя субъектами, носителями внутреннего автономного мира, уникального по своему содержанию и не похожего ни на чей другой внутренний духовный мир.
Там, где нет субъекта, не наличествует конфликт. Вернее, противоречие, возникшее во взаимодействии двух существ, не являющихся личностями, субъектами, не характеризуется как конфликт, не обозначается понятием “конфликт”. Для сферы столкновений животных или природных стихий есть другие категории. Понятие <конфликт>- достояние сферы социальной, психологической, личностной, отношенческой. Два лица, столкнувшиеся с течением обстоятельств в противоречии, должны быть способны осознавать как свое “Я” в данном столкновении, так и "Я" другого субъекта. В случае, когда осознание противоречия между двумя внутренними мирами разных “Я” не происходит, столкновение следует квалифицировать как столкновение с препятствием - и тогда возникает ссора, драка, скандал - препятствие устраняется средствами, которыми владеют партнеры взаимодействия. Конфликт всегда сопровождается большим психологическим напряжением (вот почему так не любят конфликты!), а питает это напряжение то, что называется в психологии личностным смыслом. Межплеменные войны в Заире... Война - это конфликт. Для нас противоречия между этими племенами не ясны, к тому же, мы можем вообще ничего не знать о них и конфликта для нас не существует, он для нас не значим. Но вот ситуация иная. Уже довольно поздно, а ребенка нет дома, мы волнуемся. Мы прекрасно знаем, что то же самое сейчас чувствовали бы миллионы родителей в разных частях света. Нас волнует только наше дитя, и именно его мы собираемся пожурить, как только он ступит на порог. Все потому, что ситуация и связанные с ней противоречия значимы лично для нас. Вот появляется ребенок, и начинает разворачиваться конфликт. И как субъекты конфликта, мы утверждаем, что этот конфликт существует, что это очень серьезно. Конфликт, как явление действительности, становится конфликтом лично для нас тогда, когда столкнувшиеся в нем противоречия личностно для нас значимы. Хотя в масштабе общечеловеческом они могут показаться совершенно бессмысленными. К тому же, кого-то они могут волновать больше, кого-то меньше, а для иного могут быть и вовсе безразличными. Если ситуация межплеменных войн имела для нас только значение, то ситуация позднего возвращения домой ребенка приняла личностный смысл - такой меры значение, от которой зависит наше состояние, самочувствие и ход жизни, так как то, что вызывает противоречие, составляет часть личностного нашего содержания. В свою очередь, для других возвращение с опозданием оставалось на уровне значения - не более того.
Мы имеем дело с конфликтом тогда, когда сталкиваются различные личностные смыслы. Понятие <личностный смысл>необходимо отличать от понятия “значение”. "Значение"- это то, что данный предмет или явление означает. Например, мы знаем, что Иван Иванович плохо работает с детьми, но нас это не затрагивает, так как не оказывает никакого влияния на нашу жизнь. “Личностный смысл” - то, что данное явление “означает для меня”, то, что знаемо и затрагивает нашу душу. Например, Иван Иванович дурно влияет своей плохой работой на наших детей. В этой ситуации его работа приобретает для нас личностную окраску, личностный смысл. Это противоречие влияет на наше состояние, на нашу жизнь. До тех пор, пока нет столкновения личностных смыслов, нет конфликтов, есть лишь различные мнения по поводу одного и того же предмета. Мы можем любить осень, а кто-то - зиму, но это противоречие не породит конфликта, пока не возникнет вопрос предоставления отпуска для заслуженного отдыха. Кто-то любит тишину, а кто-то другой любит шумное веселье. И такое противоречие не приведет к конфликту, пока обстоятельства не столкнут наши интересы в одном и том же месте в одно и то же время. Конфликт вокруг истины “2х2” не возникает именно потому, что данная объективная истина никак не касается наших интересов, момента проживания жизни. Но если вдруг сведения об истине повышают либо понижают статус человека в группе, он станет сражаться за истину в том ее виде, в каком она предстает перед ним. Научные дискуссии, переходящие в конфликт, - тому иллюстрация. Невозможно найти двух людей, одинаково судящих об одном и том же предмете. Даже когда нам кажется, что мы думаем совершенно одинаково, все равно обнаруживаются какие-либо нюансы, подчеркивающие особенности восприятия нами внешнего мира и внутреннего мира Другого. Это приводит к тому, что мы просто не можем не конфликтовать. Как бы сильно мы ни хотели, мы никогда не сможем оставить 10 конфликт за бортом нашей жизни. Все наши попытки обойтись без конфликта, уйти от него, избежать его, как правило, успехом не увенчиваются. И коль действительно это так, то стоит попытаться научиться находить наиболее приемлемый для обеих конфликтующих сторон выход из конфликтной ситуации.
Конфликт - явление сложное, многообразное и далеко не однозначное. Несмотря на осложненность данного социально психологического феномена, возможно выделить существенные признаки его. Мы на них указали: - субъектность носителей противоречия; - личностный смысл предмета противоречия для каждого из субъектов; - обстоятельства, выявившие противоречие и столкнувшие интересы субъектов. Конфликт - это момент в межличностных отношениях двух субъектов, обладающих индивидуальным внутренним миром, когда между этими личностными структурами возникает противоречие, происходит столкновение личностных смыслов. Поведение человека в конфликте характеризуется большой степенью напряженности, как физической, так и психологической, потому что столкновение требует концентрации сил и направленности всех духовных ресурсов на выход из положения. Иногда в конфликте силы человека на пределе; вспомним картину русского художника Сурикова “Боярыня Морозова”, и перед нами яркая иллюстрация предельного сосредоточения сил человека в конфликте: горящие глаза, побелевшая кожа лица, натянутые, как струны, мышцы, сосредоточение на идее. Но чаще всего конфликты проходят почти незаметно для самого человека: вот он видит, что его место занято, и решает, что может и постоять; вот учителя прервали профессиональный спор о методах воспитания современного ребенка, перенеся его продолжение на неделю, чтобы просмотреть кое-какую литературу; вот семья благополучно разрешила противоречия в планировании выходного дня, найдя удачное решение, благоприятное для всех. Такого рода конфликты, как будто не оставляя заметных следов в душе, проходят чередой, и вытканная конфликтами повседневная жизнь кажется обычной и естественной. Разумеется, если мы умеем разрешать противоречия между нами, не превращая эпизод с разбитым яйцом в сражение! Чем сложнее конфликт, тем больших сил он требует. Если мы не выдерживаем напряжения, то срываемся, нарушаем границы общения и поведения: повышаем голос, кричим, размахиваем руками, используем недозволенные приемы по давления противника. Потом очень сожалеем о случившемся, терзаем себя за потерю контроля над собой, нам стыдно за некрасивое поведение. Если бы в момент такого разворачивания конфликта мы бы взглянули в зеркало, то были бы потрясены собственной некрасивостью: почти Баба-Яга! Настоящий Мефистофель! Как Змей-Горыныч! Иногда человек долго не успокаивается, вновь и вновь проживает в мыслях ситуацию, проговаривает еще раз то, что сказал, ищет другие варианты собственной реакции, жует интеллектуальную жвачку. Даже понимая, что следует забыть о незначительном эпизоде, упорно возвращается к происшедшему: ах, если бы все заново, я вел бы себя иначе! Я бы сказал...я бы сделал... я бы был спокоен, как скала, и достойным, как джентльмен... Успокоение придет позже. Но след останется. Порезы души зарубцуются. Но отношение к себе стало чуть ниже. Отношение с другими нарушено. Уровень жизни опустился незаметно на одну метку вниз. Еще один конфликт, глядь - ты уже в болоте зловонных отношений. Поэтому надо терпеливо и основательно овладевать искусством справляться с конфликтом и с собою в конфликте, каждый раз возвышаясь над ситуацией и восходя вверх - туда, где разум и чувство ясны и добры.
Взрослому человеку трудно дается такое восхождение, хотя у него развита воля, крепок рассудок, устойчивы чувства и есть опыт разрешения конфликтов. Что говорить о ребенке?! У ребенка плохо развиты волевые процессы, возбуждение преобладает над торможением, опыт жизни крохотный, оценочная деятельность, как таковая, отсутствует, а главное - он не видит противоречия, он воспринимает возникший конфликт как противодействие взрослых его желаниям, хотениям, действиям. Он видит только, что его “Я” не учитывается, что его, наверное, не любят, что ему не разрешают то, что ему сейчас очень надо и отчаянно хочется. Педагогический конфликт - это особый конфликт, в нем почти не обнаружить сущностных признаков конфликта. Но, тем не менее - расценивать следует столкновение педагога и ребенка в ходе совместной деятельности, обусловленное разными интересами, именно как конфликт субъектов, то есть, серьезно, с уважением трактовать проявления ребенка, как бы они ни противоречили общепринятому и само собой разумеющемуся. “... Гек терпел невыносимые муки... Три недели он мужественно терпел все эти невзгоды, а потом в один прекрасный день сбежал... Все приняли участие в поисках... На третий день рано утром Том Сойер догадался заглянуть в пустые бочки за старой бойней и в одной из них нашел беглеца... Он был немыт, нечесан и одет в те самые лохмотья, которые придавали ему такой живописный вид в доброе старое время, когда он был свободен и счастлив... Том потребовал, чтобы он вернулся домой. Лицо Гека из спокойного и довольного сразу стало мрачным. Он сказал: "Все это мне ни к чему, да и не привык я. Вдова добрая, не обижает меня, только порядки ее не по мне. Велит вставать каждое утро в одно и то же время; велит умываться; сама причесывает, просто все волосы выдрала; в дровяном сарае спать не позволяет, да еще надевай этот мерзкий костюм,... и такой он, прах его побери, чистый, что ни тебе лечь, ни тебе сесть, ни по земле поваляться... Где же человеку это вытерпеть!” Так представил нам остроумный насмешливый ум писателя Марка Твена образ конфликта подростка и взрослых людей. Здесь все серьезно и психологически оправданно. Здесь образ жизни подростка и образ жизни взрослых людей приходят в столкновение, и за каждым образом свое основание и своя правомерность, ибо субъекты конфликта имели разный жизненный опыт, сформировавший альтернативные образы жизни.
Мы еще станем говорить о специфике педагогического конфликта. А пока отметим следующее: логика детства не совпадает с логикой зрелости, поэтому вхождение ребенка в культуру взрослой жизни сопряжено с постоянными конфликтами, Но только взрослые этого не понимают, полагая, что все пустяки, что мучит ребенка, все игрушки, что проблематично для ребенка, и лишь их заботы и проблемы, чаще всего связанные с добыванием денег, карьеры, славы, авторитета, заслуживают уважения и психологических медикаментов, которые так же часто оплачивается деньгами, но не ценою собственных духовных и физических усилий. Конфликты - константа человеческой жизни, от периода становления личности до смерти человека. Нет жизни без конфликта, если это - жизнь, а не прозябание, не биологическое существование, не болотный застой. И природа этой закономерности связана с общим законом развития жизни через преодоление противоречий. Однако почему же существует мнение о милых “бесконфликтных людях”? Почему лелеется мечта об отсутствии конфликтов? Почему эта константа, то есть, постоянная величина жизни, окрашена для нас в черные краски и облачена в тревожные мелодии?
Кто живет без конфликта
Причины, порождающие негативное отношение к конфликту, столь же закономерны, как сам конфликт. Во-первых, конфликт понимается как крупная ссора или склока с бранью, битьем посуды, слезами, припоминанием всех былых обид и неудач. Подобное восприятие конфликта встречается, к сожалению, довольно часто. И если мы видим это явление именно в таком ракурсе, то действительно можно утверждать, что от подобных конфликтов следует избавляться. Молодая мама спросила своего девятилетнего сына: "Нужен ли конфликт? Как ты думаешь?" Он подумал несколько секунд и ответил: "Конечно, да!" Тогда она попросила его уточнить, почему он так полагает. На это мальчик ответил: "Знаешь, мама, я бы до сих пор не научился убираться в своей комнате, если бы у нас не было по этому поводу конфликта”.
Этот простой, но достаточно яркий пример показывает, что конфликт нужен тогда, когда он помогает нам выйти на новый этап развития личности, на новый уровень развития межличностных отношений. С этой точки зрения, конфликт необходим нам для жизни в равной степени как и воздух. Он является своеобразным катализатором формирования, становления личности ребенка. Нет конфликта, и наступает покой, неподвижность, отсутствует вообще всякое движение. Жизнь течет плавно, размеренно и спокойно. Но вот парадокс, полный покой характерен лишь для человека умершего, для покойника. И дело здесь далеко не только в биологическом и физическом смысле этого понятия. Нет конфликта, отсутствует развитие, и личность легко превращается в живой труп, который со временем становится неинтересен большинству окружающих. Еще раз отметим, что конфликт хорош и нужен тогда, когда он помогает нам достичь в процессе его разрешения иной высоты своего развития.
Русский мыслитель В.Г. Белинский писал: "...без страстей и противоречий нет жизни, нет поэзии. Лишь бы только в этих страстях и противоречиях была бы разумность и человечность, и их результаты вели бы человека к его цели".
Во-вторых, конфликт вынуждает нашу душу трудиться. Нужно уметь принимать человека любым, таким, каков он есть на самом деде, и не пытаться его переделать, изменить, подстроить под себя, подогнать под свою мерку. Всегда легко принять другого, если он согласен с нами. Но совсем иначе обстоит дело, если он против. И здесь нам как нельзя лучше может помочь конфликт. Именно он позволяет нам приоткрыть для себя внутренний мир Другого. Понять, что есть человек, который видит, думает, чувствует иначе, чем мы. Конфликт - это своего рода непредвиденная ситуация, которая обнажает обычно недоступные для вас уголки человеческой души. И если мы научимся принимать позицию Другого в ситуации конфликта, то принять ее в обычной повседневной жизни нам будет во стократ легче. Оговоримся сразу, принять позицию другого человека - не значит полностью согласиться с ней (хотя такое тоже возможно, но далеко не обязательно). Принять - это увидеть мнение другого субъекта, отличное от нашего, признать, что Другой имеет право на свою точку зрения, на свою позицию, и включить его позицию в свой внутренний мир. Такое умение увидеть Другого обогащает наш собственный внутренний мир.
Старый человек идет по ступенькам, еле передвигая ноги. Он загораживает нам дорогу, он тормозит наше стремительное движение, из-за него мы можем опоздать. Мы сердимся, мы готовы... прямо уничтожить это препятствие. Но стоит вспомнить, что идущий объект есть субъект со своими страданиями, болезнями, особенностями, как мы уже не так сердимся, как уже утихает наше раздражение. А если мы вдруг дадим себе труд представить свою собственную старость - тоже с болезнями, немощами, страданиями, слабостью, - то найдем достойный способ преодолеть препятствие на нашем пути.
Итак, если посмотреть на конфликт с этой точки зрения, то он уже не будет казаться нам таким страшным, ненужным, лишним явлением, которое однозначно должно быть изгнано из нашего повседневного существования. Мы уже говорили об уникальности внутреннего мира каждого из нас. Поэтому каждый человек по особенному относится к тому или иному явлению, по-своему оценивает происходящие события. Конфликт - не исключение из этого правила. И поэтому каждый из нас занимает определенную позицию по отношению к конфликту как явлению нашей действительности. Конечно же, мы можем сказать, что совсем не важно, как мы относимся к конфликту. Главное, чтобы он был разрешен. Но вот беда. Развитие конфликта, его разрешение зависит от позиции человека по отношению к конфликту. А самое важное, что от этого же зависит и процесс формирования личности субъектов, участвующих в конфликте. В скобках заметим, что наша позиция по отношению к конфликту оптимальна и он адекватно разрешен в том случае, если это обогатило внутренний мир каждого из участников конфликта.
Идет урок математики. Учитель выписал на доске из учебника домашнее задание. По классу прокатился легкий шелест недовольства: слишком много задали. Учитель поворачивается к классу лицом и, глядя поверх очков, удивленно спрашивает: "В чем дело?". Дети на разные голоса говорят о том, что не успеют, что очень большое и трудоемкое задание. Повышая голос, учитель говорит довольно жестко: "Меня не волнует Ваше мнение. Сделайте все, что я записал. Это для вашего же блага. Кто не сделает тот получит соответствующую оценку". Класс затихает. Дети, теперь уже в гробовом молчании, переписывают домашнее задание в тетради. Если бы мы спросили у такого педагога, много ли конфликтов в его практике, он ответит, что их практически не существует.
В описанном выше примере конфликт есть (вспомним, как мы определили этот феномен ранее), но педагог его не видит. Он привык подавлять другого силой своего административного авторитета. Просто это легко, а главное, требует наименьших духовных усилий. Удалось навязать более слабому субъекту свое решение сегодня, а завтра уже никто не возмутится по поводу объема домашнего задания. Это очень опасная позиция: конфликт не разрешен - он перешел во внутренний план, недовольство поведением учителя будет накапливаться, будет возрастать. Каждый субъект как личность получил определенный жизненный опыт: кто-то понял, что подавление другого - это "действенный". “Меня не волнует ваше мнение. Сделаете все, что я записал. Это для вашего же блага. Кто не сделает, тот получит соответствующую отметку.” Класс затихает. Дети, теперь уже в гробовом молчании, переписывают домашнее задание в тетради. Если бы мы спросили у такого педагога, много ли конфликтов с детьми в его практике, он ответит, что их практически не существует. В описанном выше примере конфликт есть (вспомним, как мы определили этот феномен ранее), но педагог его не видит. Он привык подавлять другого силой своего административного авторитета. Просто это легко, а главное, требует наименьших духовных усилий. Удалось навязать более слабому субъекту свое решение сегодня, а завтра уже никто не возмутится по поводу объема домашнего задания. Это очень опасная позиция: конфликт не разрешен он перешел во внутренний план, недовольство поведением учителя будет накапливаться, будет возрастать. Каждый субъект как личность получил определенный жизненный опыт: кто-то понял, что подавление другого это <действенный> способ управления человеком, а кто-то уничтожен как личность в данной ситуации.
Мы спрашиваем себя, нравится ли нам такая бесконфликтная жизнь? И почему-то ощущаем, что где-то в душе нас такое положение вещей настораживает. Не каждому нравится терпеть подобное. Но есть и те, кто не желает проявлять свое "Я", они отказываются от свободы и тем самым "изгоняют" конфликт из своего бытия. Правда, ценою отказа от собственного "Я". Свобода, давая нам право решать жизненные проблемы, требует от нас постоянно совершать для этого духовные усилия. Это довольно тяжело и потому некоторых устраивает возможность "переложить"<переложить> право свободы выбора на другого. Например, на учителя, который теперь полностью будет нести ответственность за своих учеников.
Еще одна зарисовка бесконфликтной жизни. Мама говорит дочери: "Что ты так долго маешься на кухне?" - "Да вот, мою посуду и думаю о том, что произошло в школе" , - начинает дочь.
"Да я бы за это время квартиру убрала, вместо того, чтобы ерундой заниматься. Думать надо, когда все дела по дому сделаны", - обрывает ее мама. "Но я думаю о том, что случилось в нашем классе сегодня", - пытается протестовать ребенок. "Так, ладно. Иди к себе. Я сама все сделаю. Я уже так устала от твоих сложностей. Все. Иди, иди". "Но, мама, это же важно, а ты опять не хочешь меня слушать", - настаивает в отчаянии девочка. "Я так устала, иди и дай мне домыть спокойно посуду". Дочка уходит, понурив голову.
Отношения прерваны между дочерью и матерью. На месте, покинутом ими, остался конфликт. И он будет возникать вновь и вновь, независимо от ситуации, потому что внутреннее напряжение будет постоянно возрастать, а ситуация становиться все острее.
Часто говорят об "отсутствии" конфликтов те, кто пытается приспособиться к любой ситуации. Они стараются создать иллюзию внешнего спокойствия и тишины, приговаривая: "Худой мир лучше доброй ссоры". На любое возникающее противоречие ответ у них один: "Ну, ладно. Пусть будет так, как ты хочешь. Я согласен сделать все по-твоему." и т.п. Такая ситуация способствует переходу любого межличностного конфликта во внутриличностный план. И люди обрекают себя на постоянное внутреннее психическое напряжение. Мало того, что "приспособление" не способствует личностному росту, оно еще создает ненужные стрессовые ситуации. И хотя внешне никаких конфликтов длительное время может и не быть, но вдруг наступает момент, когда кто-то из двоих не выдерживает и тогда звучит довольно известная всем фраза: "Ну хоть бы раз в жизни ты сказал что-нибудь против". А другой человек смотрит с недоумением и крайним удивлением: "Все ведь было хорошо?!”
Во всех этих ситуациях трудно сказать, что люди живут без конфликтов, хотя внешне все выглядит именно так. Но ... только внешне. А другим, окружающим таких бесконфликтных людей, приходится довольно сложно жить. Ведь нет возможности выяснить до конца существующие разногласия, да и эмоции свои выражать не приходится, им просто нет места во взаимоотношениях.
Подведем предварительный итог, ответим на вопрос: кто же живет без конфликтов?
Прежде всего без конфликтов живет младенец. Он пока еще лишь организм, появившийся на свет. В нем пока еще только заложены определенные потенции того, чтобы стать субъектом, но сейчас он им не является. Без конфликтов живет и взрослый человек, который в силу каких-то особых обстоятельств и низкого духовного развития не смог стать субъектом. Без конфликтов живет психически больной человек, не способный к адекватному отражению реальности в своем сознании. Безусловно, конфликтов нет в мире вещей и предметов. Значит мы можем сделать вывод, что без конфликтов живет предметный мир, окружающий нас.
И тем не менее, мы можем говорить о том, что есть люди, способные "жить без конфликтов". Обратимся к обратной модели конфликта. Два субъекта идут по дорожке.
Они могут столкнуться лбами через какое-то время, но могут и избежать столкновения, предотвратив его, и, таким образом, "снять" конфликт. Для этого им стоит лишь сделать маленький шаг в сторону. Но этот шаг доступен лишь тем, кто умеет видеть конфликт в момент его зарождения и разрешать его, не дав дойти до крайней стадии развития.
Есть и еще одна причина, которая делает жизнь "бесконфликтной". Конечно же, это неумение видеть конфликт. Эмоционально неразрешенный конфликт очень тяжел. А поскольку я не умею его разрешать, то и избавиться от чувства дискомфорта я не могу. Поэтому мне проще сделать вид, что я не вижу конфликта, и задать совершенно невинный вопрос: "А что собственно произошло? Я не понимаю. Объясните". Но ответа субъект не получит, и не потому, что ему его не дадут, а потому, что он сам не желает слышать этого ответа.
Во втором случае это люди, которые умеют видеть конфликт в момент его зарождения и разрешать его, не дав дойти до крайней стадии развития. Ни одно животное, каким бы умным оно нам ни казалось, не умеет прогнозировать ситуацию, не умеет предвидеть тот или иной поворот событий. Природа наделила человека чудесным даром - способностью мыслить, способностью строить свою жизнь, учитывая те или иные последствия своих поступков, предвосхищать событие, вообразить последствия, ход и результат будущего. Порой мы в состоянии предвидеть конфликты и даже имеем возможность снять некоторые из них, устранить противоречие, разрешив его изначально. Существует ряд способов, которые помогают нам это сделать. Например, бытовые конфликты снимаются изменением объекта конфликта. Не могли "поделить" <поделить>телевизор, купили еще один и конфликта нет; спорим о том, кто первый пойдет умываться утром, но как только установили очередность - конфликта как не бывало; нам все время звонят в неурочный час, но как только мы изначально обговорим возможное для звонков время, как все встает на свои места. Главное, сделать это заранее.
Административные конфликты тоже снимаются через заранее подписанный договор. Договор - это соглашение, обычно письменное, о взаимных обязательствах. Например, при устройстве на работу должны быть четко оговорены права и обязанности сотрудника, и теперь конфликтов, связанных с трудовой дисциплиной, не будет.
Снимать профессиональные конфликты нам помогут курсы повышения квалификации. Я узнал о новых возможных формах работы, о современных достижениях науки, и теперь более понятна позиция молодого педагога. Идеологические конфликты тоже могут быть сняты. Способ их снятия - консенсус. Пришли к единодушному решению не затрагивать тот или иной вопрос, или оговорили рамки своих отношений друг с другом и конфликт рассеялся, как утренний туман. При помощи психологического просвещения легко снять психологические конфликты. Если я точно знаю все особенности моего партнера по общению, то мне легко сделать на это скидку и предотвратить возможный, никому не нужный конфликт.
Амбиционный конфликт подсказывает нам способ своего снятия. Стоит только подчеркнуть значимость личности другого субъекта, и мы опять сняли ненужные конфликты. Даже этические конфликты могут быть сняты довольно просто. Пришли к нам в школу шестилетние дети, и мы сразу им говорим, что в нашей школе существуют традиции, которые сложились уже много лет назад, например, не принято сидеть на подоконниках, принято ходить по школе в сменной обуви, принято здороваться со всеми учителями, сотрудниками и учащимися в школе и т.п. Вновь нет конфликтов на этой почве. Существует еще одна скрытая разновидность бесконфликтной жизни - это презирать других людей, межличностные отношения с которыми приводят к столкновению. Полное пренебрежение другим человеком, отрицание его социальной ценности низводит любую конфликтную ситуацию к некоторому досадному обстоятельству - не более того. Презирая "чернь", этот пошлый "аристократ" не позволяет себе "опускаться" до интересов Другого, отнесясь к конфликтной ситуации как к лошади, несущейся по дороге: пусть бежит себе тварь.
Нельзя обижаться на собаку, слишком громко грызущую кость. Не стоит вступать в противодействие петуху, поющему на заре и прерывающему сладкий сон наш. И от дождя мы просто закрываемся зонтом, не дискутируя о его вмешательстве в распланированный день. У дождя нет своих интересов - поэтому с ним нет конфликтов. Если другой человек не существует для меня как человек, в отношениях с ним не возникает конфликта. Через призму сказанного любопытно сравнить эгоиста и индивидуалиста. Последний всегда выигрывает во внешнем своем поведении, закрытый от других броней презрения к "низкой толпе"<низкой толпе>, в то время как эгоист в борьбе за свои интересы, обнажая их до предела, выглядит непристойно...
Итак, конфликтов "не бывает":
- когда у человека отсутствует свое "Я" или оно подавлено другим субъектом;
- когда субъект не умеет или не желает видеть за предметами отношений;
- когда внешний конфликт переходит во внутренний план;
- когда субъект не желает решать проблему;
- когда субъект бежит от свободы выбора;
- когда субъект обладает умением видеть конфликт на ранней ступени его развития и снимает его в этот момент.
Надо подчеркнуть в заключение еще один важный момент. Выбирая ту или иную позицию по отношению к конфликту, нам стоит помнить о том, как она влияет на развитие личности ребенка и нашей собственной, как она влияет на динамику конфликта, и то, что ребенок усваивает изначала тот стиль и стереотип поведения, который мы ему предлагаем сами. А это значит, разрешая либо не разрешая возникший конфликт с ребенком или на глазах ребенка, мы либо содействуем в будущем одному из путей духовного обогащения ребенка, либо закрываем для него возможность в противоречиях с другим человеком открывать для себя иной мир иного субъекта, понимать, принимать, сопрягать этот мир со своим личностным внутренним миром.
Маленькая девочка, услышав о проекте взрослых вымыть кота, появившегося после ночной прогулки в доме, заявляет: "А я думаю, что он не согласится". Потенциально ребенок наделяет всех, кто проявляет признак жизни, способностью быть субъектом. Не стоит гасить эту способность, с возрастом ребенок поймет, что не желающий соблюдать человеческую гигиену кот - все-таки не субъект. Но путь к умению - наделять субъективностью окружающих людей - лежит через наделение всех существ (к ним относятся игрушки тоже) душой.
Маленький экскурс в прошлое
Для того, чтобы предстать перед нами в своем современном виде, конфликт должен был пройти довольно длинный исторический путь. И каждый новый век, каждая эпоха привносили в это явление жизни что-то новое, что-то особенное, тем самым все больше разнообразя его и усложняя. В первобытном обществе человек не отделял себя как личность от племени, в котором он жил. Вся его жизнь была строго подчинена установленным запретам (или табу) и положительным предписаниям. Благодаря этому каждый член племени прекрасно знал, как надо себя вести в той или иной житейской ситуации: “старшим надо беспрекословно подчиняться, мать надо уважать, в бою с врагами рода и племени не трусить и жизни своей не щадить, в питании быть воздержанным и неприхотливым, на работе не лодырничать, лишения переносить стойко и без нытья и т.п.”. Эти запреты (табу) воспринимались как законы и их нарушение влекло за собой либо изгнание из племени, либо смертную казнь, либо бойкот со стороны всех членов племени, что было так же равносильно смерти. С самого раннего детства ребенка учили соблюдать законы племени. Нивелировке ряда конфликтов способствовала общность быта всего племен. Так, например, на Самоа при малейшем конфликте дома ребенок имеет право уйти к родственникам и жить у них столько, сколько посчитает нужным. из общества как отдельную личность, он начинает осознавать себя как самостоятельного субъекта. Однако заметим, что степень этого осознания еще не велика. Античность награждает конфликт такими способами его разрешения, как третейский суд и договор (элементами ультиматума).
Вот пример описания процедуры третейского суда между двумя городами в 416 году до Р.Х.: “Мелийцы и кимолийцы заявили, что они подчинятся решению аргивян относительж спорных островов; аргийский народ присудил, что кимолийцам принадлежат Полиэга, Гетерия и Либия. Этот приговор разрешает тяжбу в пользу кимолийцев”(Lebas. Inscriptions d'Asie Mineure, I)1. Третейский суд как способ разрешения конфликтов был широко распространен не только в международных, но и в общественных отношениях. Довольно часто регламентированность жизни общества снимала конфликты. Аналогично обстояло дело и в семье. Патриархальный уклад жизни античной семьи обосновывал безграничную власть отца над детьми. Очень образно показана она в легенде об Эдипе, когда Лай обрекает на смерть только что родившегося сына. Реальная жизнь практически не отличалась от описанной в легенде. Известен в истории случай, когда отец за дурное поведение наказал дочь, отдав ее на съедение лошадям. И хотя все еще сохраняются при разрешении бытовых конфликтов самые жестокие способы, такие как изгнание из дома или уничтожение, в международных и общественных отношениях конфликт, как явление жизни, признан, а следовательно, начаты поиски более приемлемых способов его разрешения (третейский суд, договор). Колесо истории продолжает вращаться и на смену Античности приходит Средневековье (конец V - середина XVII веков), известное более как “темные века”(исключение составляет разве что эпоха Возрождения (XIV - начало XVII). Именно на этот период приходится расцвет инквизиции, жестоких козней и пыток. Это обусловлено тем, что степень осознания своей субъектности возрастает, а, следовательно, в некоторой мере снижается зависимость человека от общества и его канонов. В соответствии с этим развиваются и способы разрешения конфликтов.
Если мы обратимся к “Домострою”, выдающемуся литературному памятнику Средневековья, то увидим, что данный свод правил очень четко регламентирует жизнь русской патриархальной семьи. Все в доме были полностью подчинены главе семьи. Малейшее ослушание сурово каралось. Так, например: “Если дети согрешают по отцовскому или материнскому небрежению, о таковых грехах и ответ им держать в день Страшного Суда. Так что если дети, лишенные наставлений отца и матери в чем согрешат или зло сотворят, то и отца, и матери с детьми их от Бога грех, а от людей укор и насмешка; дому убыток, а себе самим скорбь, от судей же позор и пеня” Или: “Сын или дочь, непослушные отцу или матери, сами себя погубят и не доживут до конца своих дней, если прогневя отца или досадят матери...”. Даже самые благочестивыe люди того времени были глубоко уверены, что детей необходимо как можно чаще бить. Телесные наказания использовались не только по отношению к детям. Мужья широко применяли их для своих жен. Телесные наказания использовались не только как мере карательная, но и как превентивная, чтобы избежать ослушания, т.е. конфликтов. Однако не все женщины безропотно сносили побои мужей. Некоторые, из мести, писали на них доносы, отвечали им бранью, а иной раз и травили. Наказание же для отравитель ниц было крайне суровое. Их живьем закапывали так, чтобы из земли торчала одна голова. Заметим еще, что так же, как жена была безвластна перед мужем, так и муж был бесправен перед царем.
В Западной Европе положение было таким же. Однако, в эпоху Возрождения происходит частичный поворот к личности человека, подчеркивается его ценность и тем самым] рассматривается собственно конфликт как феномен человеческих отношений. Новое время породило дуэль как один из способов разрешения конфликтов - явление чрезвычайно сложное по своим социально-психологическим характеристикам. Один из исследователей русской культуры Лотман Ю.М. определяет дуэль как “происходящий по определенным правилам парный бой, имеющий целью восстановление чести, снятие с обиженного позорного пятна, нанесенного оскорблением”. Дуэль была крайним способом разрешения конфликта и использовалась тогда, когда все иные средства были исчерпаны. Особенность дуэли состояла в том, что она была непосредственно связана с понятием “честь”. Это позволяет нам говорить о том, что мера субъектности возросла настолько, что личность стремится поставить нравственное понятие “честь” выше своего существования, своей жизни. Если отсутствует <честь>, то дуэль превращается в обычное убийство по особому ритуалу.
Дуэль, в нашем понимании, появляется на Руси во времена Петра I вместе с появлением дворянского сословия. Она рождается в поисках исчерпывающего способа разрешения конфликтов, который по степени своего использования приобрел высокочастотный характер. Царствующие особы всегда однозначно отрицательно относились к поединкам. Так, например, Петр I в одной из статей “Устава воинского” повелел казнить дуэлянтов, секундантов и свидетелей независимо от исхода дуэли. Екатерина II утверждала, что дуэли - это наносное явление для России. Николай I называл дуэли варварством и отмечал, что ничего рыцарского в них нет. Однако, несмотря на столь одиозное отношение властей к дуэлям, это явление далеко не однозначно по своей природе. Так, Гордин Я.А. рассматривает дуэль в нескольких аспектах. Прежде всего можно говорить о дуэли как об освобождении от власти государства. “Право на поединок стало для Русского дворянина свидетельством его человеческого раскрепощения. Право на поединок стало поводом самому решать пускай ценой жизни свою судьбу. Право на поединок стало мерилом не биологической, но общественной ценности личности” 1. Дуэль снимала юрисдикцию государства в сфере личных конфликтов. Следует заметить, что смысл дуэли для массы русского дворянства и дворянского авангарда был различен. Если у первых понятие “честь” сливалось с личным самолюбием, то для других это была возможность защитить свое достоинство как человека определенной позиции. Дуэль была также бунтом против иерархии. По законам дворянской чести никто не имел права отклонить брошенный вызов. Здесь не имел значения чин. Также часто дуэль использовалась как высший суд.
И здесь можно говорить об “идейной” дуэли, которая выходит в совершенно иной план. Здесь важна не сатисфакция за оскорбление, а собственная вера в то, что имеешь полное право карать другого. Существовала еще дуэль-возмездие или “романтическая дуэль”. Это была дуэль из-за любовного соперничества и вопрос чести в этом случае был совершенно ни при чем. К началу XIX века русская дуэль обретает еще один аспект - политический. И самым ярким его проявлением были попытки дворянского авангарда получить сатисфакцию у представителей императорского дома - великих князей. Говоря о дуэли, стоит отметить еще два факта. Во-первых, по своей жесткости правил русская дуэль во стократ превосходила дуэли Западной Европы. Ее условия зачастую были смертельными изначально. Второй же касается нравственного аспекта и чувств победителя поединка. Многие из них до конца жизни считали себя убийцами.
Развитие конфликта как социально-психологического феномена привело к следующему изменению его характеристик:
---с течением времени возрастает мера субъектности личности и ее выделение как отдельного субъекта из общности людей;
- изменяется объект конфликта (от “сражения” за обладание чем-то, что обеспечивает элементарное выживание рода, до борьбы за нравственные абстрактные идеалы);
- увеличивается веер способов разрешения конфликта. Ключевым же в общей эволюции конфликта является право на конфликт, приобретенное человеком как субъектом. И уже теперь не имеет значения, кто партнер по конфликту, другой ли человек, государство ли, общество, отдельная социальная группа или собственное “Я” этого субъекта. Право же ребенка на конфликт, сначала было предоставленное ему самим ходом развития социальной жизни, очень скоро отнятое у него и теперь предоставляемое ему все более и более гуманистическим обществом и гуманистической педагогикой, - пожалуй, самая существенная характеристика современного конфликта как некоего явления жизни.
Отмечая характеристики эволюционирующего конфликта, не забудем сказать и следующее. Как всякое явление имеет свою добрую и злую сторону (одновременно!), так и конфликт неоднозначен в своем развитии. Сравним эпизод с юношей туземного племени, который, будучи голодным, подбирает кусок мяса и съедает, а узнав, что это мясо вождя, падает, умирая от страха (инфаркта), потому что нарушил жесткое табу племени - не касаться пищи вождя. С эпизодом нашей жизни: горит красный свет, а все переходят дорогу, отвергая запрет общества. И амбивалентность конфликта предстанет пред нами в своем наглядном проявлении: как хорошо, что человек умеет не конфликтовать с обществом и людьми - как хорошо, что человек сознательно конфликтует, отстаивая свое “Я”. И то, и другое - в едином явлении конфликта.
Пестрое платье конфликта
Пестрое платье конфликта чрезвычайно многообразно: по цвету психологического напряжения, по фактуре содержания, по крою сюжета столкновения, по функции авторского замысла нам не найти похожих конфликтных форм, каждый - уникальное событие в жизни уникальной неповторимой личности.
Иногда это платье напоминает платье голого короля: то ли есть конфликт, то ли кажется? Порой костюм почти барский: красивые фразы, величественные жесты, судьбоносное решение. Встречается конфликт будто прыгающий мяч: от партнера к партнеру летят выпады, и нет конца перебрасыванию. Бывает, что конфликт обретает нежные мягкие очертания пастелевых красок.
Некоторым знакомо лишь одно одеяние - ссора, с побоями, криками, оскорблениями, бранью. Тогда о конфликте говорят с содроганием, как о наваждении, катастрофе, наказании, стихийном бедствии. Однако как бы ни рядился конфликт, его обнаружить нетрудно. Он, как любое жизненное явление, проанализированное и изученное, обладает рядом существенных признаков - одинаковых, за пестрой одежкой скрытых. Овладеть конфликтом - прежде всего, обнаружить его сущностные черты, понять его содержание, продравшись сквозь множество пестрых обманчивых костюмов его. Проделаем же эту работу.
Прежде всего, конфликты могут различаться по содержанию, то есть по предмету своего столкновения. Если условно обозначить субъект конфликта буквами "S1" и "S2", а предмет их интереса - объект столкновения - "O", то формулой содержания конфликта станет "S1--O--S2" , а дополнением к ней предметное обозначение объекта столкновения. С этой точки зрения, конфликты по их содержанию могут быть охарактеризованы как бытовые, административные, профессиональные, идеологические, психологические, амбиционные, этические.
Если конфликт между субъектами не имеет предмета столкновения, то он, разумеется, является пустым. В подобном <пустом конфликте>нет содержательного компонента. Основа его - неблагоприятное психологическое состояние субъекта. Принцип действия таких конфликтов - "Я против потому, что мне сейчас плохо!"
Например, ребенок на уроке постоянно вертится, отвлекается, или, наоборот, очень вялый, сидит с грустным лицом. Мы делаем ему замечание, а он нас все равно не слушает. Мы начинаем нервничать, эмоции накаляются, а ведь ребенок может просто плохо себя чувствовать, ему может быть грустно по самым разным причинам (он имеет полное право на подобное чувство). Если мы, как профессионалы, позволим себе этого не заметить, то конфликт может разгореться на голом месте, а вот уладить его будет стоить усилий. Схематически эту группу конфликтов можно выразить так:
"S1-- O -- S2"
Про пустые конфликты говорят, что они яйца выеденного не стоят, и это очень точно сказано, потому что основанием такого рода столкновения является временное особое состояние субъекта, а причина, то есть, объект интереса, отсутствует, столкновение “играется” вокруг пустоты. И как только налаживается психологическое состояние одного из субъектов, налаживаются отношения. Здесь не надо разрешать конфликт, ибо его нет. Но здесь очень надо быть внимательным к Другому, замечать его самочувствие, уважать неблагоприятное состояние партнера.
Объектом бытовых конфликтов является бытовое устройство. Примером подобных конфликтов может служить отказ ребенка выполнять свои обязанности в классе (например, вытирать пыль во время дежурства и т.п.). Схематически данную группу конфликтов можно обозначить так: S1-- бытовое устройство-- S2.
Например, ученица описывает такой случай. В течение года группа учащихся, изучающих немецкий язык, занималась чаще всего в коридоре (в лучшем случае в учительской). Только раз в месяц детям выпадало счастье заниматься в кабинете. В один из таких дней, когда ребята уже подготовились к уроку, пришла завуч и сообщила им, что сегодня они опять будут заниматься в коридоре, потому что в английской группе на два человека больше. Одна из учениц высказывает несогласие с подобным решением. Объектом данного конфликта является отсутствие достаточного количества кабинетов.
Семейная жизнь наполнена бытовыми конфликтами, так как организация быта входит в функции семейной жизни, и быт играет большую роль в семейной жизни и налаживании внутрисемейных отношений. Нелегко справляться с бытовыми конфликтами, если они постоянно возникают на каждом шагу в условиях низкого уровня жизни. Но ведь многочисленны конфликты на бытовой почве и в семьях с высокими и даже очень высокими достатками. Дело, конечно, не столько в бытовом устройстве, сколько в отношениях людей, поэтому разрушительную силу конфликта можно фиксировать как в богатых семьях, так и бедных, и внешнее отсутствие конфликта существует столь же часто в семьях низкого бытового устройства, как и в домах современного комфорта.
В административных конфликтах объектом столкновения становятся полномочия субъектов (S1--полномочия-- S2). Например, недовольство учителя тем, как выполнено задание учеником, и предъявление ему претензий по этому поводу могут стать началом конфликта; распоряжение директора по увеличению обязанностей учителя, если учитель отказывается принять данное распоряжение, становится административным конфликтом. Заметим, что противоречия возникают в воззрении двух субъектов на полномочия, права на которые утверждает один субъект и отрицает другой.
Приведем пример. Учитель математики, преподающий в старших классах, узнает, что девушка, которая учится очень хорошо, дружит с юношей, плохо успевающим практически по всем предметам. Она приглашает девушку на беседу и говорит о том, что юноша дурно влияет на нее и она должна прекратить всякое общение с ним. На это девушка дерзко отвечает: "А мне нравится с ним дружить, он очень хороший человек и интересный, а школьные оценки никакого отношения к этому не имеют. И это не Ваше дело".
В качестве объекта профессионального конфликта выступает профессиональная деятельность (S1-- профессиональная деятельность--S2). Такие конфликты возникают между представителями одной профессиональной сферы. Например, спор учителей о необходимости использования наглядного материала на уроках в старших классах, о применении той или иной системы оценок, о строгости и доброте по отношению к ученику.
Как правило, профессиональные конфликты бывают сопряжены с претензиями одного из профессионалов на более высокое положение, поэтому по сути своей они, скорее, амбиционные, но остаются профессиональными тогда, когда результаты профессионального труда становятся значимыми для хотя бы одного из субъектов.
В центре идеологического конфликта всегда стоит различное отношение субъектов к одному и тому же явлению ценностного плана. Схематически это можно изобразить так:
S1--отношение-- S2.
Иллюстрацией данной группы конфликтов являются, например, разногласия субъектов по поводу необходимости уступать место женщине в общественном транспорте, о роли добра и зла в жизни, об идеалах дружбы, о месте денег в жизни человека. В школьной жизни идеологический конфликт - наиболее сложный из всех видов перечисляемых сейчас нами конфликтов, потому что за каждым субъектом всегда стоит определенная социальная группа. Но идеологический конфликт - наиболее действенный именно потому, что его возникновение создает широкое поле конфликта и, вовлекая чуть ли не каждого в ситуацию выбора, содействует активному осмыслению жизненной позиции всех участников развернувшегося конфликта. Противоречие между характеристиками психологических процессов и свойств психики двух субъектов порождают психологический конфликт: один субъект при взаимодействии с другим субъектом чувствует себя дискомфортно в силу каких-либо особенностей психики этого партнера взаимодействия, будь это особенности темперамента, мышления, воображения, воли, ощущения. Так, если один из субъектов отличается повышенным уровнем тревожности и постоянно беспокоится по поводу предстоящего события (допустим, боится опоздать на поезд или в театр, пропустить долгожданную встречу и т.п.) и этим досаждает другому, который уверен в себе и пытается успокоить первого субъекта, а тот начинает нервничать еще больше, то вероятность конфликта велика.
Предметом столкновения в психологическом конфликте является психологическое свойство, неудобное для одного из субъектов: S1-- особенность свойств и психических процессов -- S2. Конфликты, в которых объектом является репутация субъектов, мы назовем амбиционными. Более опытные педагоги часто полагают, что молодые <не имеют права>не имеют права спорить с их точкой зрения, т.к. они не видели и десятой доли того, что имеет в своем багаже более опытный коллега. Это вызывает конфликт. Схематически изобразим его так: S1- репутация - S2.
И, наконец, нельзя обойти вниманием этические конфликты. Объектом их являются нормы поведения (S1 -- нормы поведения -- S2).
Нас может возмущать, что сидящий рядом человек чавкает за столом, но, возможно, ему просто с детства не привили эту норму поведения. Объясним это ему, и конфликт, вероятно, исчезнет. Вот учитель входит в класс, говорит: "...прежде чем мы поприветствуем друг друга и я попрошу вас присесть, пожалуйста, вспомните о том, что среди взрослых существует обычай: "сначала садятся дамы, а мужчины - хотя бы на секундочку, но позже"... Далее учитель посылает детям приветствие, и мальчики садятся чуть позже молодых дам класса. Теперь нет места для возможного конфликта. Поведенческие привычки, которыми оснащает ребенка воспитание, снимают и уменьшают вероятность конфликтов этического содержания.
Последняя разновидность конфликта - конфликт смещенного основания: здесь параллельно присутствуют два предмета интереса двух субъектов, и у каждого - свой, и субъекты в столкновении предъявляют друг другу различные по характеру требования. Например, администратор говорит подчиненному, что премии он лишен из-за того, что на педсовете выразил свое несогласие с формой проведения зачетов в старших классах, что с точки зрения дидактики и возрастной психологии подобная форма нецелесообразна. В данной ситуации для администратора конфликт является административным, а для подчиненного - профессиональным. Он не будет разрешен до тех пор, пока оба субъекта не перейдут в какую-либо одну плоскость (либо на уровень административного конфликта, либо на уровень профессионального конфликта). Только тогда может быть найден выход из сложившейся ситуации. Схематически данную группу конфликтов можно отобразить так:
S1---O1
О2--- S2
Таким образом, если мы спросим себя, чем наполнен конфликт или каково содержание конфликта, то нам следует определить объект столкновения или предмет интереса субъектов. Проделав данную духовную работу, мы почувствовали себя значительно легче, мы стали понимать суть происходящего. Более того, обнаружив, что конфликт пустой или смещенного основания, мы отказываемся от поддержания столкновения, приостанавливаем ход события, высвечивая для партнера и для себя самого характер содержания случившегося.
Осмысливая содержание конфликта, мы уже приступаем к его разрешению.
Межличностный конфликт - столкновение интересов двух автономных личностей, заявивших о праве на предмет столкновения. Это самый распространенный вид, когда два человека ведут конфликт и ответственны за его исход: учитель-ученик; ученик-ученик; учитель-учитель; учитель-администратор; учитель-родители. Формы знакомы при всей их многоликости: ученик не выполняет требования учителя; учитель отказывается принимать распоряжение директора; родители заявляют протест против методической системы работы педагога; ученики не хотят сидеть рядом со вчерашним другом, убедившись сегодня в несовпадении принципов.
Межгрупповой конфликт - столкновение интересов двух групп как совокупных субъектов: S группа1-- О -- S группа2. Это могут быть два класса, вступившие в отстаивание своих групповых интересов. Это могут стать и две школы. Может быть конфликт между микрогруппами в одном классе. Иногда встречаются случаи конфликта разновозрастных групп в одной школе: чаще всего, это группы по месту жительства. Носителями и выразителями интереса группы становятся отдельные лица как представители группы, они выражают волю группы как таковой.
Внутриличностный конфликт - это конфликт, в котором противоречие возникает между двумя внутренними мотивами одного человека. Например, учитель хочет дать на уроке еще один важный пункт изучаемого материала, но времени на него уже не хватает. Следовательно, учитель может либо лишить учеников перемены, либо перенести этот материал на следующий урок и нарушить логику изложения. Проявление внутриличностного конфликта таково: "хочу, но не могу в силу ряда причин" или "и так плохо и иначе плохо".
Межличностный, Внутриличностный, межгрупповой конфликты могут по содержанию быть административными, профессиональными, бытовыми, психологическими, этическими, амбиционными. Разнообразие одной характеристики, помноженное на многообразие другой характеристики конфликта, дает представление о широкой палитре конфликта. В лабиринтах его запутаться можно без Ариадновой нити. Способность выделять характеристики конфликта дает педагогу-практику возможность четко классифицировать конфликт, выбрать наиболее адекватный способ его разрешения, а, следовательно, выработать нужную стратегию и тактику поведения. Характеристика конфликта по нескольким параметрам придает конфликту многоликость. Но от этого данное явление не перестает оставаться единым и целостным. Разные лики конфликта складываются от стечения разных характеристик в каждом конкретном случае. Суть конфликта все равно остается. А значит появляется основание для научения и овладения искусством различать и разрешать конфликт.
Педагог - человек, обладающий большим жизненным опытом, у него развита способность к осмыслению ситуации. Ребенок же имеет небольшой жизненный опыт, поведение его импульсивно, воля слаба, способность к аналитической деятельности развита слабо. Именно поэтому педагог должен взять на себя ответственность за ход конфликта. Он должен умело довести его до логического завершения так, чтобы оно позволило личности ребенка подняться на новый уровень развития.
Принципиальное отличие этих конфликтов состоит в том, что в них интересы педагога как субъекта конфликта оборачиваются на интересы ребенка. Складывается парадоксальная ситуация - разворачивается конфликт, субъекты которого имеют один общий интерес. За счет чего это происходит? Ребенок, в силу слабого развития своего самосознания, живет и действует исходя из ситуативного интереса, интереса типа "хочу здесь и сейчас". Когда педагог говорит ему о будущем, он не хочет, а порой еще и не может увидеть этого "далекого" будущего. Ему важно здесь и сейчас реализовать свои интересы. Маленький первоклассник достал во время урока машинку и играет. Он сделал это вовсе не потому, что не уважает педагога. Он устал, ему хочется показать красивую игрушку другим и т.п. Ему пока не понятно, что если он сегодня не выучит буквы, то завтра не сможет читать.
Педагог же, занимая профессиональную позицию, реализует интерес, который связан с развитием ребенка, его будущим становлением. Обозначим этот интерес как интерес развития. Противоречие складывается не между двумя субъектами, а между двумя интересами различного характера. Этого не знает ребенок, но это знает педагог, носитель интересов ребенка, оттянутых по времени и неактуальных для ребенка на данный момент, заполненный сиюминутным интересом. В педагогическом конфликте “ситуативный интерес” ребенка противостоит предъявляемой педагогом социокультурной норме, которая однако должна быть непременно реализована ребенком в интересах развития. Столкновение перенесено в поле интересов ребенка целиком, потому что педагог - это профессиональное лицо, деятельность которого направлена на достижение именно интересов ребенка - но с ориентацией на его развитие, вхождение в культуру, требующих от ребенка усилий.
Когда мы говорим, что интересы педагога в конфликте оборачиваются на интересы воспитанника, мы и хотим сказать, что конфликт разворачивается на одном поле. И тогда конфликт выглядит как-то очень странно: он есть и его нет, потому что нет столкновения противоречащих интересов двух субъектов, а на самом деле есть противоречия интересов одного и того же субъекта, то есть, ребенка.
Как видим, весь конфликт переместился в поле интересов ребенка, и там разворачивается борьба, именно там протекает столкновение. Педагог созидает такое столкновение, инициирует напряженную духовную работу ребенка. Вот теперь стало явственным то, что скрывалось как педагогический фокус: педагог, переводящий конфликт в поле интересов ребенка, содействует его духовному развитию, а педагог, исходящий из своих персональных интересов (то есть, позабывший о профессиональном назначении), обрисовывающий поле своих личных интересов, либо подавляет разум и волю ребенка, либо инициирует дикое своеволие ребенка. Значит, дело не в том, что у одного педагога возникают конфликты, а у другого все течет бесконфликтно. Дело в профессиональном понимании сути рожденного столкновения и профессиональном разрешении данного столкновения.
Было время, когда воспитательная практика училась "ставить ребенка на место". Выискивались способы изящного высмеивания, саркастического унижения, хитроумного подавления воли. Не будем порицать эти поиски. Они были вехой в развитии педагогической мысли и отражением концептуального взгляда на ребенка как носителя дикой энергии, а также концептуального представления о воспитании как обучении поведению.
Сейчас редко услышишь фразу "поставь ученика на место". А жаль, потому что хорошо бы научиться ставить ребенка на высокое и достойное место рядом с учителем, рядом с человечеством, на уровне культуры нашего века. Впрочем, уточним формулировку во избежание неточности: не ставить его на место, даже достойное, а помогать ему занимать достойное место - вот стратегическая задача педагогического конфликта.
Платье педагогического конфликта столь же пестрое и многоцветное, как платье всех перечисленных выше конфликтов. Однако у него есть то, чем он принципиально отличен от всех вышеназванных, разворачивающихся в педагогических сферах жизни, - оба субъекта имеют один и тот же интерес, и за него идет борьба в ходе столкновения педагога с детьми. Похоже на парадокс, но парадоксами полна педагогическая действительность. Стоит призадуматься, каков смысл в предложенных характеристиках конфликта. В высшей мере примечательно, что практика игнорирует теоретический анализ, полагается больше на интуицию, на традиционные способы реагирования при возникновении конфликтов. Разумеется, финал подобного непрофессионального выбора деструктивен: конфликты разрушают отношения и ухудшают течение воспитательного процесса. Логика “здравого разума” продуктивна, так как она предлагает исходить лишь из поверхностного явления, не углубляясь в суть. И только научно-теоретический анализ позволяет произвести сущностную оценку происходящего.
Обратимся к примеру. Учитель просит ученика переписать небрежно оформленную работу. И вдруг неожиданно встречает сопротивление: "Не буду, и так хорошо". Если педагог среагирует на уровне здравого разума, то следует немедленно подавить сопротивление: "Как можно возражать учителю!?" или "Я вынужден поставить вам неудовлетворительную оценку" или нечто подобное. Ежели произвести мгновенный анализ возникшего конфликта (по содержанию - этический либо идеологический, по наличию субъектов - межличностный внешне, а на самом деле - внутриличностный), то надобность в воспроизведении школьных шаблонов отпадает, ибо эпизод приобретает очень интересные этические и психологические краски. Педагог ставит вопрос: Не хочется? Чрезвычайно заняты сейчас чем-то важным? Или не уважаете свой труд? ..." Нетрудно догадаться, как разрешается напряженный эпизод, который профессиональным глазом не будет даже зафиксирован, несмотря на то, что природа маленького столкновения конфликтна. Ученик соглашается переоформить работу в знак уважения собственной личности, своего авторского “Я”. Конфликт не виден, когда он вовремя разрешается. Но если его не разрешать...


Записаться на тренинг ТРИЗ по развитию творческого, сильного мышления от Мастера ТРИЗ Ю.Саламатова >>>

Новости RSSНовости в формате RSS

Статьи RSSСтатьи в формате RSS

Рейтинг – 682 голосов


Главная » Это интересно » ТРИЗ в виртуальном мире медиатехнологий » О.Н. Лукашенок, Н.Е. Щуркова "Конфликтологический этюд для учителя"
© Институт Инновационного Проектирования, 1989-2015, 660018, г. Красноярск,
ул. Д.Бедного, 11-10, e-mail
ysal@triz-guide.com, info@triz-guide.com
 
 

 

Хочешь найти работу? Jooble